kurgus (kurgus) wrote,
kurgus
kurgus

Призрак твиттер-революций

Так уж случилось, что с интервалом в неделю побывал на двух конференциях -  в Ашхабаде, на Туркментеле и в Таллине - на ICEGOV (это не считая микроконференции в Минске).
И в Туркмении, и в Эстонии говорилось об арабских "твиттер-революциях" - в Ашхабаде в кулуарах и с опаской, в Таллинне - на панельном обсуждении и с некоторым энтузиазмом.

Начнем с Ашхабада - там все просто:есть гиперпатерналистское государство (бесплатный газ населению, 1400 литров бензина в год на автовладельца бесплатно и т.п.) - и весьма слаборазвитая коммуникационная инфраструктура - включая весьма низкое интернет-проинкновение. Забавный факт - по прилете в страну включаешь телефон - и видишь сообщение "Нет сети" - в Туркменистане сейчас действует только один - государственный - сотовый оператор Алтын Асыр (Золотой век) и никакого роуминга - ни голосового, ни данных, нет. Был, правда, в течение некоторого времени МТС, но, как изящно выразились местные коллеги - "он неправильно себя повел" -  теперь МТС в Туркменистане нет.

Но, как бы там ни было, коммуникации - включая массовый интернет-доступ - необходимы. Хотя бы из тех соображений, что в этом году первоклассникам раздали 100 тыс. ноутбуков с загруженными учебниками - ну, на первый год типа хватит - а что дальше? Тем более, что есть еще и такая вещь, как атрибутика современности - и даже в Узбекистане (население которого несколько превышает суммарное население всех соседей вместе взятых, что вызывает некоторую нервозность этих самых соседей) интернет разрешен.
И, тем не менее, кулуарно высказывались этакие опасения: ежели нехорошие люди будут в Интернетах всякое писать, а несознательное население будет все это читать, то до чего же можно дойти - вон что творится в арабистанах с их разрешенным интернетом. Да и в британщине - эти самые погромы, они же тоже интернет-скоординированы.

На встречный вопрос - а с чего же вы взяли, что во всем этом "интернет виноват"? - обычно давался стандартный ответ - "ну ведь так в интернетах написано".

Параллельно с ICEGOV в Найроби проходила конференция, где тоже всячески поминались североафриканские события и роль интернет-соцсетей в них - см. UNESCO triggered debates on social networks for democracy at 6th IGF.

И в связи с этим показательна панельная дискуссия на ICEGOV по поводу этих самых твиттер-революций (ага, в англовикипедии сие словосочетание уже зафиксировано).

Если кратко и избранно, то реакция в дискуссии на серию докладов, в которых упоминалась велкая роль Интернет, соцсетей и social media и прочего e-Participation в данных событиях была следующая:
  1. Первыми вскочили поляки и вежливо, но энергично напомнили историю "Солидарности" с дальнейшим вводом военного положения в Польше в 1981 - при всем при том,  что интернета и мобильной связи в те времена не было (риторическое заявление - "Похоже, сейчас считается, что не то что революцию без сотовой связи сделать нельзя - даже беспорядки оной связи невозможны"), да и с банальной телефонизацией тогда в Польше  было не ахти;
  2. Британцы следом напомнили Иран-79 с его атехнологической исламской революцией и обозвали Камерона с его воплями об интернет-координации экстремистов полным идиотом;
  3. Норберт Керстинг из Мюнстерского университета по результатам мониторинга своей группы вынес диагноз: североафриканские твиттер-революции во всем подразумеваемом спектре - от консолидации общественного мнения и формирования массовой антиправительственной гражданской позиции до координации действие есть не что иное, как журналистский артефакт - ибо подавляющее большинство отслеживаемых онлайн-публикаций и ресурсов были не на арабском, а на английском.
После чего из зала Керстингу было указано, что он совершает серьезную методологическую ошибку и что твиттер-революции на самом деле есть не журналистский артефакт, но социальный конструкт.

И завязалась ветвь обсуждения о взаимоотношении классических контролируемых mass media (в том числе и свободных - ибо контролируются владельцами/финансами) и народно-бесконтрольными social media, при этом было заявлено:
  1. Коммерческое и государственное телевидение есть не что иное, как success propaganda - ибо если там и постоянно фигурируют ужас-сюжеты, то в явной или неявной подаче "это у них";
  2. "Революционные" social media публикации им оппонируют и концентрируются на пропаганде провалов и ужасов с акцентом "это у нас" (вспоминаем президента Кучму с его "Интернет - это киллер");
  3. В результате (1) и (2) работают в некоем симбиозе - social media третьего мира удовлетворяют спрос классических масс медиа мира первого в "ужасах у них";
  4. Более того, спрос порождается mass media первого мира и удовлетворяется social media мира третьего;
  5. Т.е. соцсети и social media не есть revolution enablers - но в политической экономике внимания они являются одним из генераторов событий, завязанных на внешнюю реакцию на них.
В общем, вспоминаем Брюса Стерлинга с его военно-развлекательным комплексом, особенно в контексте ливийских событий и их подачи на телевидении с шаблонным сюжетом "пальбы из всего в никуда" плюс сирийских телефонных видеороликов. С последующей конвертацией капитала внимания в политические дивиденды.
 
P.S. Да, о микроконференции в Минске - там узнал, что в Беларуси будто бы подготовлен список интернет-ресурсов, запрещенных к просмотру из госучреждений. Несколько неожиданный и, несомненно, свежий подход. Но вызывающий массу вопросов - от банального а нафига? - что там насчет нерабочего времени госслужащих? и до вопросов о воззрениях составителей списка о социальной базе протестантов.
Tags: it, Государство, Работа
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments